Предвидящий город
в.о.
В данный момент нас интересует только он — данный момент, а также все, что с ним связано.
Лев Рубинштейн
Итак: ОСВОБОЖДЕННАЯ МУЗЫКА.
Елизавета Мнацаканова
в столице фиксируют всплеск сообщений о вальдшнепах
птицы меняют маршруты но нам известны
имена харонов вот они чижик снегирь
записанные на воробьевых горах
они вспархивают с темной воды
оставляя на время мосты и арены
Человек Реки говорит в глиняные свистульки
холода и октябрьского солнца
ритм пойман но голоса не сходятся —
надо ли им сходиться —
подъемные краны белоглазые аллигаторы
смотрят в ночи на академии и музеи
заброшенные удочки линии острова
четко указывают направление
остров можно не покидать
как сад названный его поселенцем
и стертые лица матрешек застрявших в его песке
и маленький вечно идущий ильич привратник больницы
иногда в Город приезжают чтобы молчать
и думать об усталости и любви
пока магнитофонные катушки сматываются
чтобы началась музыка
и случайно вытянутые Письма Переживаний
были переданы в ожидании завтра
плейлист
к 12-ой и кадетской линиям в.о.
и шуберт-тебе
Геннадий Айги
Посмотрим по книге, как по воде, на каких перевалах бывало сердце.
Виктор Шкловский
второй этаж зари предельная точка
в ней сходятся линии Невесомости Сердца
вот что имелось в виду говорящими о непрерывности её родины
мысленный путь проведенный гобоем последней симфонии
к туманной университетской набережной
и замершему на причале кораблю-изумруду
дети влюбленные в острова
бегут в продольности адмиралтейства
собирая благодарности ветру
и приветствиям случайных прохожих
где ещё можно быть как не в отражении
в загаданном месте где показали музыку
валентность памяти выдержана
разговорами о завтра-умерших
их картинах о повторенной свободе
и необратимой передаче любви
в скрытом эксфрасисе центра-света
первое что здесь было встречено
после неприкаянности дороги — Несение Карты
им задана аксиома выбора
ожидание возвращения-к-острову
заостренность бегущих шагов подчиненная ритму движения
зацепленному висящими иглами северной верфи
плейлист
в.о. декабрь. пауза.
Захар Павлович смотрел вверх и ждал возвращения звука — слишком он хорош, чтобы бесследно растратиться.
Андрей Платонов
петербург-концерт означается притяжением ветра
стетоскопа примагниченного к каждому всплеску
переполненного временем сердца
песня кивок внутрь себя она знает сама
о своем конце и начале о тихом ходе
вторения прерывистой хрупкости
для меня здесь все было новым
опыт перебывания и вхождения в слой воды
мы шли к кораблю на Вечной Стоянке
говорили о самоотречении ученых
не вынесших искусственного ускорения
и покрывались судьбами как янтарем закатного света
тени наложены друг на друга
проведение мелодии записанная благодарность
магнитофонные ленты оплетают всю Heim-atmen-Land
чтобы мы смогли все успеть и запомнить
перемену дома выпадение снега
бескорыстие боли и нежности
друг другу оставлены не завещания а заветы
перед прощанием проспект пройден целиком
теплый запах лаванды возле казанского
игольчатое прикосновение
которого ожидает разлинованное сердце
чтобы отзывались песни и все такой же ранний закат
раскрывался над набережными и мостами
плейлист
в.о. окончание
Никто не знает, что воздух — тоже твердь, и длинные его ступени не раз служили мне для длительных походов.
Анна Таршис
география праздников изучена
места примерены блестящие лёгкие (не по погоде) платья
что же — они нам идут впутываясь в следы векторами
циклон пришел раньше; дождь идёт
пробирая темноту кто-то играет зелёные рукава на флейте
и молекулы воздуха бьют по правой и левой щеке
вот что такое чудо ежедневная пронзённость любви
мы живущие временами
займемся археологией искусством потери
после прожитого солнцестояния
настороженности перед календарем закатов
пора — как и дню — вырастать из корней
это нетрудно если пройти остров насквозь
школа имени кусто горный институт морской вокзал
где ещё можно послушать свою музыку — перепады высот
амплитуда притяжений меняется
я прочитаю вслух о том как превращаются в рыб
и почувствую запах чешуи от своего платья
у памятника канониру торгуют рождественскими елями
зеленые колкие рыбы они окружают фигуру — чего они ждут
путь удлиняется тенью; время напротив любви — испытание пустотой
я вспоминаю о лицах носящих пейзажи
о (не)упущенной нежности и негаданном возвращении
уложенным как в знак препинания в предвидящий город
плейлист
начало года. венок. московский вокзал.
Erkennst du mich, Luft, du, voll noch einst meiniger Orte?
R. M. Rilke
Мы понимаем, что в этом мире каждый крик — событие.
Эдуар Глиссан
вступление в Землю-Тональность
сойдя с поезда окажешься на подмостках города
такого маленького в воодушевлении милости
его пространство размещено звучанием встреч
звук направо (на площадь) налево (к проспекту) —
пульсируют ноты от нас неотъемлемых жестов
что ещё мы запомним друг в (о) друге
слова объединенные одним лишь движением запястья
осторожные откровения пары светлых часов в середине дня
став Хранителями Тишины укоренимся в святости исклеванного воздуха
и очертании дома совпавшим с его предчувствием
с окнами открытыми крышам и обеим зорям
придумай имя цветку что останется вместе со старым глобусом
в коробках воспоминаний приготовленных к переезду
оно должно сочетать в себе горечь и нежность
и боль ощутимую каждой царапинкой и заусеницей
выбирай: василек мальва хмель яблоня
лоза винограда терновник (позвоночник музыки)
в январском городе-контрабасе звучит ледяная но живая вода
волны расходятся опытом бездны вседневности
остановка здесь — память о присутствии бога —
истонченность отчаяния освобождение честности
знаю: ничто не исчезнет хоть искупление станет началом
источником странствия и ясности прикосновений
плейлист