Обрывки туризма

В конце сентября в Ереване еще жарко днем доходит. Собираясь на обед я надевал шорты Иванов. Местные шорт не носят и Иванова издалека можно было принять. Ему эта неумышленная даже. Одеваясь он вздыхал и говорил.

По пути в закусочную мы проходили мимо. Иногда в высоких зала дети прыгали ссутулившись молотили. Переулок упирался. На парковке уже несколько дней окровавленная грудная не то коровы. Вытирали пот и на людей. Виднелся большой советских времен. Вдоль фасада на тротуаре с фруктами овощами клетки еще живые куры кролики. Приходилось через кровавые ручейки. Пахло персиками куриным кинзой. Обогнув рынок мы.

Пообедав для разнообразия возвращались. Ветер вихри заставляя. На тротуарах росли раскидистые в тени испоганено. Упитанные собаки. Купить вина или на вечер.

В семь закрывали крышки. В местных новостях про то же самое. Новости на армянском казалось что все происходит чуть и не совсем. Выходили на балкон. С шестнадцатого казался городом. Горело зарево. Широкая громада Арагаца справа. Где-то далеко визжали ревели слышались. Пьянея мы. Иванов окопы не хотел. НАТО провокатор противники СВО не понимают. На кухню за добавкой. Заладил.

Перед тем как мы забронировали квартиру. За эти две найти жилье. Все кто прилетел в марте повезло.

На российском контроле и тот же вопрос. Цель поездки? Отпуск. Туризм. Служебный паралич. Повестка? Клац-клац! Как в полусне.

Жили мы с в Ереване и правда иногда одновременно. Из-за постоянного похмелья и беспорядочных кое-как.

Гулять по городу думать о своем. Косые лучи пронизывали размывая приглушая и без того. Потускневшим выцветшим. На перекрестках черные фигуры гам. На Каскаде знакомцы отводившие взгляд. Рыжеватая дымка. Даже без минаретов говорил Иванов это похоже.

Жена Иванова не смогла девушка не захотела. На местных женщин мы смотрели. Хотя пластика на носу. Стали замечать особые носы как поздние певца-педофила. Иванов был уверен что женщины ходили к одному.

К нам ни враждебности ни дружелюбия. Какая-нибудь молодая кассирша давала понять. Считали что это заслуженно. Хоть как-то компенсировать неуместность невежество. Мы опасались армянские власти могут если российские потребуют.

Почти неделя. Без шансов. Я написал коллеге. Позвони Николаю он лучший в этом. На хорошем русско-армянском тот лениво объяснял. Я уточнил от кого. Ара! Он найдет нам за два дня. Отметить знаменательное обещание.

Я открыл третью. Иванов снова начал говорить про то и так далее. Звуки из его потемневшего рта. Вышел на балкон. Иванов буркнул вдогонку. Давно разговаривает сам с собой. Иванов вышел. Стемнело. Теплый ветер. Не отличить от любого другого города. Иванов прихлебывал и вздыхал. Жаловался. Работы прибавилось. Иванову пришлось взять на себя. Коллега умер прямо накануне. Тромб или. Остались двое детей и жена. Очень достойная приятная. Но коллега не ценил мутил. А еще ворчал оставил после себя кучу говнокода. Теперь рефакторить. Иванов совсем. Мерси! он куда-то вниз. Барев дзес! Поставил свой бокал на столик стал игриво. Оп. Оп… Давай пятая колонна… Оп. Оп… Хорош. Он продолжал. Оп. Оп… Все чувствительнее. Вино выплеснулось шорты. Иванов хмыкнул. Я поставил на столик. Хуком по корпусу. Иванов крякнул лег свернувшись. Я

извинился. Тихие стоны. Похлопал по ляжке. Вылил вино из его бокала в свой. Город притих уютно.

Я вернулся налил остатки. На экране блокировки. Полина. В день моего отъезда ей было. Теперь она не так зла. Объяснит. Снова в полной растерянности? Бытового убожества как было? Опять куда-то? И косые взгляды? Еще она удивлена что я. Отличное решение. Занять и улететь в любую дыру где не требуют. И это второй. Но что ее больше всего что я даже ее мнением. Ее чувствами. Страхами. Планами. Она теперь уверена. Наши отношения… Я перевернул и положил. Теплое кислое. Ветер в открытую балконную дверь. Штора подергивалась. Я поднял Тиндер стал машинально.

В девять звонок. Николай сказал срочно в Нор Арабкир смотреть. Почему срочно. Может кто-нибудь перехватить хорошая. На будет агент хозяина. Не мешкайте пожалуйста Сергей-джан.

Я растолкал. Иванов погладил левый бок. Нужно рентген. Я сказал что сделаем а сейчас нужно срочно. Хорошее предчувствие.

Агент опаздывал. Пошли наугад вдоль серых и коричневых. Машины как обычно истерически. В лавках на первых этажах. Куда им шмоток бормотал Иванов. Едят он их что ли? Стоял кофейный ларек. Американо со вкусом угля выпил его в пару. Полегчало? спросил Иванов. Возьму-ка.

Тесный темный как нора. Справа дверь в ванную кладовку. Проверим бежит вода. Кран зашелся кашлем и стал. Крохотная кухня была забрызгана. Приобняли друг друга чтобы разойтись. Просторную гостиную тусклая голая лампочка. Пол с наклоном. Диван стол и пустой сервант держались. Окон не было только две двери которые вели. Полностью заняты детского размера кроватями. В каждой по узкому. В окне темный обрамленный панельками двор с запущенными. Вернулись в гостиную. Гроб-ни-ца. Что мы думаем. Сколько. Восемьсот пятьдесят брат.

Видел ли это Николай. На фото неплохо. Найти нам что-нибудь посветлее и почище.

Платить больше.

Ребра Иванова просто ушиб. Чтобы отметить. Иванов попросил бить в другой бок если. Несколько дней носились. Все примерно как в Нор. Редкие исключения слишком.

Николай не являлся. Каждый чокались чтобы не уволили.

Как-то вечером в парке рядом Святого. На скамейку возле спортплощадки. Две бутылки пива из пакета откупорил. Похолодало; первый в джинсах. Тяжеловато без прервал Иванов. С армейских времен так… Кстати как? Единственная с которой был матч встречается только. В два дороже чем в Питере. После про скидку заблокировала. Низость. Он жене похабно улыбаясь. Попросил фотки с нюдсами объяснил он чтобы с чистой. Я спросил могу ли хотя бы. Иванов показал палец. На спортплощадке появился. Он подошел подпрыгнул и повис. Пулеметной частоты биты. Делать подъемы с переворотом. Четырнадцать пятнадцать. Спрыгнул пошел по аллее. Иванов пошел в ближайшие. Не позвонить все-таки Лусинэ давней из Москвы. Провела детство в Ереване и возможно. Не виделись восемь лет. Последний раз она отдохнуть от детей и мужа который как она считала. Сидели на Дворцовой возле Троицкого и обсуждали в ее отель. Румянец Лусинэ. Нет. Я не знал что она обо мне теперь. После восьми лет молчания и по такому меркантильному. Не смел. Иванов вернулся я поделился. Блин просто! заорал Иванов. За спрос даже армяне. Не могу.

Водитель такси сказал что Петербург самый он там полгода. Разговор собой зашел. Таксист как на непутевых племянников. Ситуация конечно. Но виноваты в ней. Просто мы очень любим деньги! Многие ереванцы у которых есть квартира теперь переезжают. Средний ереванец зарабатывает пятьсот. Некоторые даже выселяют своих. Русские готовы

платить. А что говорить про из Арцаха. Не унывайте. Рано или поздно получите. Иванов сказал что хотя речь технически была все равно как-то.

Наконец Николай. Хозяин опаздывал. Через пятнадцать минут электрокар. Миниатюрный аккуратный лет пятидесяти. Прошу простить. Геворг очень приятно. Хозяйка в квартире. Офелия. Очень. Нас усадили кожаный. Светло просторно. Паркет. Геворг и Офелия расположились. Геворг архитектор. Офелия в местном отделении ООН. У них есть дом где они почти постоянно и квартира. Глупо не пользоваться правда? спросил Геворг. И место очень. Пять пешком до театра до Каскада. Улыбаясь Офелия. Занятия?.. Айтишники Иванов. Этого более чем заверил Геворг все равно не поймут. Офелия спросила. Мм. Она сказала что Петербург самый. Стала заменять некоторые русские английскими. Дворцовая площадь из вери индид. Геворг был. Иванов о превосходном Офелии. Да бросьте… Но мерси мерси. Геворг кулачком по подлокотнику: Что ж. Я вижу вы очень. И пока вы на втором месте. Оба засмеялись. Тоже. Геворг спросил последний мем. Он достал айфон. Три вампира мушкетеры смотрели как на говно. Мартовские экспаты смотрят на сентябрьских. Хохот. И правда очень сказал Иванов.

На следующий день Геворг: Здравствуйте Сергей-джан. Как? С сожалением вынужден. В любом случае удачи. Офелия передает привет вашему забыли его имя. Слышно как он любезно. Я положил телефон. На экране от Лусинэ. Как я где. Позвонил. Она сказала что как только объявили она тут же. Рассказал наши проблемы. Она спросила почему.

Через два дня уютная двухкомнатная возле Английского парка с балконом и Арарат всего восемьсот. С ее владельцем Давид агент. Дядя Давида Тигран клиент Лусинэ.

Хозяин пожелал и уехал в аэропорт. Давид пожал и побежал. Я стал прыгать. Иванов улыбался показалось немного. Я Лусинэ не стеснялся в выражениях. Предложил Иванову. Он спросил ли агента Давида. Да хоть встречного.

Давид на несколько лет. Он подолгу некоторые и часто заменял английскими. Нахваливали крафтовое которое рекомендовал. Он радовался. Давид предупредил что платит потому что. Завалили вопросами Армению. Он стал показывать с недавней свадьбы друга. Обычная армянская свадьба имеет двести-триста с гордостью. На одном фото Давид за столом в окружении. Все мужчины в белых рубашках под белые футболки. Армянские женщины даже нищие без от вещей. Обычно в кредит. Армянкам выходить за другие национальности если любовь. Мужчины могут с родителями и даже дольше ничего зазорного. Давид ненавидит пидоров как-то ударил по лицу. Московские армяне не армяне. Однако армяне не думают. Одним днем. Играют онлайн-казино. Давид тоже. К счастью больше не дают кредиты. Иванов про Азербайджан. Давид тяжело: Так скажу Ваня-джан… Многие из друзей ранены или убиты. Двоюродному брату снайперская пуля он инвалид. Фосфорные боеприпасы. Они стреляют из пушек не целясь. Главный их герой убил спящего армянина. Давид телефон. Смотрите что их солдаты с армянской женщиной-солдатом. Мы отвернулись. Видите с кем приходится! Украинцы помогали им оружием. Зеленский много на себя. Геноцид в Турции давно уже не так болит. С Азербайджаном происходит сейчас. Даже если Бог сойдет на землю азербайджанец не будет друг армянину. Принесли шестой. Давид в стол. Спросили думал ли когда-нибудь уехать как делают. Он здесь родился умрет.

Свет в открытую балконную дверь. Иванов Арарат. Зашел. Нужно вернуться сказал.

В бар?

В Питер. Шутишь? Нет.

Зачем?

Анжела. Она там одна дети. Да еще тесть нужно. Мы же только вчера хату и ты.

Извини. Не первый день. Почти не спал. И вот. Ты если что буду скидывать свою часть. Спасибо… Но мобилизация офицер запаса. Тебя повяжут в окопы.

Не исключено. Но все-таки бронь. Говорят.

Короче ладно.

Иванов помолчал. Потом:

Это мероприятие долго еще. Даже если Бог сойдет так сказать… Не смогу все время бегать. У меня там.

Днем Иванов куда-то. Вернулся с новым большим рюкзаком хаки. Из комических? Нет. Если примут в аэропорту сказал частично готов. Достал из рюкзака с персиками. Гостинец.

Самолет вечером дня. Утром пару красного. Включили большой телевизор еще заводская пленка стали смотреть YouTube. История якудзы-транссексуала. Американца который ходил в убогие стрип-клубы. 4K-видео про Ереван и Батуми в которых просто ходили. Позвонил таксист. Я чемодан Иванов новый рюкзак в аэропорт. Прошел регистрацию обнялись ушел на пограничный контроль. Я вернулся вино продолжил про Батуми.

Несколько дней. Привиделись похороны. Иванова в закрытом гробу мало что осталось. Тысячи на Армянском рынке. Давид Лусинэ Геворг Офелия и таксист жил в Петербурге. Плакали кроме Геворга и Офелии. Давид вытер слезы выступил. Ваня-джан был настоящим. Родину и жену одинаково. Безупречно чистый код. Стоны и вой. Давид повернулся я должен срочно заменить замок хозяйский сын вор. Николай на ухо Лусинэ показывая на меня. Я проснулся. Пять утра. Иванову в Телеграме. Через три часа жив даже повестки не было. Я отметить.

Вскоре Иванова командовать взводом РЭБ. На стрельбище пьяный солдат трех офицеров. Иванов.