Три румынских этюда о восточноевропейской истории
В кадре — здание университетской библиотеки, украшенное портретами Бенито Муссолини, Адольфа Гитлера, короля Михая I и Йона Антонеску; внизу, перед ними, — толпа, застывшая в римском салюте.
В кадре — здание университетской библиотеки, украшенное портретами Бенито Муссолини, Адольфа Гитлера, короля Михая I и Йона Антонеску; внизу, перед ними, — толпа, застывшая в римском салюте.
Мы глистогоним минералы подвенечных мужчин и отдаём их в наём. Санитары от Сатаны. К нам на уровень смерти вторгаются волонтёры жизни.
Таков магнетизм обратной стороны Земли: какой бы она ни была на деле рыхлой дешёвкой, литиевым нутром батарейки, её выдохи в недействительной памяти (лишь конфабуляции, но кто проверит?) всплывают фром тайм ту тайм…
Его подкаст — это исповедальная будка и театральный чердак, лавка аптекаря и шатер гадалки.
Когда речь идет о Кафке, следует всегда впускать в разговор историю, иначе мы останемся тет-а-тет с абсолютно невыдающимся молодым господином, человеком, так сказать, без свойств…