Пелопоннесская война носит народный характер, вовлекая всех в водоворот действий, обременяя каждого общей ответственностью, внушая надежду на победу и страх перед поражением; никому не позволено оставаться в стороне от событий

Люба сравнивала людские морды и морды козьи, коровьи, её обуревали глаза, то как они рвутся из животных наружу, чтобы поскорее родиться человеком, глаза как балкон для некурящих, сквозь который пролетают звуки машин и поездов, можно вечно улыбаться от уха до уха, рассматривая чей-то белок. девочка хоть и молчаливая, но страстная, выскабливала души как улиток, клала за пазуху и теребила словно жёлудь.

Мы очень любим есть микропластик.

никто не одинаковый.
        ни одна вещь.
авангард это    спектр вчерашних дней. никто не знает
что у него происходит. все одинаковые в этом плане.

Подонок же, как правило, смотрит на то «кто последний?» и делает так, как этот последний. И ты, и я соотносим свое творчество с «последними» — Джойс, Кафка, Матье, — и стараемся, по мере сил своих и возможностей, — переплюнуть оных.